Цифровой концлагерь. Зачем на самом деле нужна пандемия СOVID?

Как превратить людей в послушную биомассу? Опыт нацистов и современные эпидемические реалии.

 

Основные психологические стратегии подавления и слома личности, описанные в работе узника концлагерей  Бруно Беттельхейма.

 

ПРАВИЛО 1. Заставь человека заниматься бессмысленной работой.

Артём Скоропадский. Повесть-антиутопия “Карантин”

 I. Последний пассажир (январь 2021 )

Курить ему не хотелось, более того – от сигарет был противный привкус во рту, курить было отвратительно, но Олег Александрович всё равно закурил – от скуки. Он откинулся на спинку удобного кресла диспетчера, вытянул ноги и положил их на стол. Ноги ныли, но не от усталости, а наоборот – от безделья – он больше недели не выходил дальше диспетчерской, своей комнаты и коридора, куда еще полторы недели назад стащили все автоматы с чипсами, шоколадными батончиками, водой и сладкой газировкой. Сейчас автоматы стояли пустые и он ходил по коридору просто так – размять ноги, но быстро уставал и снова возвращался или в комнату, или в диспетчерскую – тупыми глазами смотрел на пустую взлетную полосу.

И так полторы недели.

А до этого почти 2 месяца все было наоборот. Аэропорт кипел и не было в Киеве более оживленного места, чем маленькие “Жуляны”. Впрочем, что было вне аэропорта Олег и не знал – он не выходил за его пределы сразу после Второго Большого Карантина. Да и никто не выходил – кто были в тот день на смене – так все остались. Один, механик, дурак, сбежал через технических выход, на блокпосту показал карточку работника аэропорта и спокойно вышел за пределы – Нацгвардейцы тогда сами были растеряны и не понимали, кого пускать, кого не пускать. Показывает карточку человек – значит можно. Где теперь тот механик – этого уж никто не знает наверняка.

Что не так с экспертами УКФ? Анонимность оценивания, предвзятость, конфликт интересов

Вопрос финансирования Украинского Культурного  Фонда завис в воздухе. Из-за  карантинного сокращения бюджета УКФ могут оставить без денег на реализацию проектов, или значительно уменьшить господдержку. Тем временем Фонд опубликовал результаты конкурсного отбора проектов и зашел в новое пике скандала. Если в прошлом году правила УКФ были составлены так, что проекты вылетали из списков по формальным техническим причинам(“не там запятая”), то  в этом – участников оценивали анонимные судьи с мягко говоря субъективным подходом. В многочисленных комментариях экспертов можно встретить и откровенную гомофобию, и очевидную зависть, и полную некомпетентность.

Читайте подробный разбор – почему Фонд изжил себя в ныне существующем виде.

Режут “культурный” бюджет. Бездельники не утонут

Минфин  предложил срезать бюджет Минкульта и сопутствующих агентств вдвое, сократив всю производственную часть. Представители креативных индустрий весьма своеобразно отреагировали на этот шаг. Так называемая “Украинская киноакадемия” решила собрать онлайн-митинг, но даже с этой бесполезной инициативой с трудом справились – запланированное включение “киноакадемики” перенесли на три часа, так как не могли освоить работу конференц-программы Zoom.  Вероятно, Киноакадемии, которая напрямую связана с женой олигарха Викторией Тигипко, все еще очень хочется урвать госсубвенции на свои красные  дорожки и дочерние мероприятия вроде Одесского кинофестиваля. Проведение их в этом году, конечно же, будет напоминать пир во время  чумы. Но есть большая вероятность, что в очередной раз, в разгар эпидемии, под предлогом уничтожения культуры  будут выклянчены миллионы на поддержку игрушек жены одного очень  богатого человека, не взявшего под опеку ни одну область….

Мы все умрем. Так задумано. Какие фильмы про эпидемии посмотреть?

Похоже, что теперь не только Украина живёт по мотивам сюжета  сериала.  Снять кино и позже адаптировать его сценарий в реальность – блестящая идея. Политтехнологи – тоже люди. Чем они вдохновлялись перед началом пандемии? Посмотрите – сверьтесь, загляните в будущее.